| _ ...про3а | часть I.ночь
Ночь вздрагивала.
Томно и испуганно, как вздрагивает во сне нервная и красивая, уставшая за день женщина. версия для печати
Над городом витала дымка, северное сияние, смог, сигаретный дым, испарения и еще черт знает что.
"Город стреляет в ночь дробью огней, но ночь сильней и ее власть велика…"- приходила на ум строчка из песни Цоя.
Город боролся с ночью как мог: душил ее огнями, отпугивал бликами неона, проблесками машинных фар.
Все было красиво и напрасно.
Тысяча сердец в этом городе замедляли и убыстряли свой ритм… нарастала тревога.
.Одинокие фонари, как маятники размеренно качались в такт ночной музыке.
Было холодно: мерзли пальцы и ушки. Варежек и шапки не было.
Была машина.
В ней было тепло, но курить хотелось именно на улице, там, в промозглой заснеженной тьме.
Останавливаясь на ленинградке двери открывали нарочно, чтобы было слышно музыку, и она, вылетев за пределы салона машины, уносилась к озерам, в сопки, в холод и снег. .
Машин за городом не было совсем.
Странной ощущение: вдали от родного муравейника становилось жутко.
Тихо шурша колесами по снегу, машина брела вперед, через озеро с призраками домов-многоэтажек на другом берегу.
Мерно работал двигатель, хотелось чего-то языческого: ночного огня, шамана в оленьих шкурах, гортанных выкриков, далеких горизонтов заснеженной тундры…
Панорама города появлялась и исчезала за окном. Там уже спали.
Хотя где-то: кто-то сидел запутавшись во всемирной сети, кто-то пытался читать Ницше, кто-то смотрел, кто-то слушал…
Молодые танцевали танцевали в клубах, кто-то любил друг друга.
Этот, тоже не спал, что-то говорил в эфире: "Господи, как я люблю ночь, она словно кокетливая ветреница приходит к тебе в объятия в звездном сарафане ночного неба, дарит тебе ласки, неподвластные земным женщинам, но с первыми бликами наступающего рассвета она уходит, оставляя тебя обессиленного и безмятежного…
Дома теплее, уютнее.
Не было снега, трескучего холодного воздуха, синевы…
Была новогодняя ель, с её удивительным запахом лесного серебра и хвои.
Была она, вздрагивающая во сне как ночь… На кухне был газ. Он горел теплым, синим огоньком.
Были сигареты - французские и английский джин, купленные на последние деньги.
Были стихи и шоколад:
Ты кружи меня судьба
Ветер волосы ерошь,
От твоих безумных ласк
Не унять по телу дрожь,
Заплету колосья в косу
Губ прелестных мак -
В синеву небесных глаз
Улетает мой рассказ…
P.S. А еще было ощущение праздника, Рождества. Была на любимой радиоволне хрупкая, нет, хрустальная мелодия: медленный ритм, далекая труба, чуть хриплый женский голос…
P.S.S. На столике стоял подаренный парфюм Nazareno Gabrielli
|
|
